[Оригинальный текст этого отрывка из пасхальной Агоды: "Сказал рабби
Элиэзер бен Азарья: 'Вот я как семидесятилетний, и не удостоился того,
чтобы, [согласно моему указанию,] вспоминали о выходе из Египта по
ночам, пока не истолковал это бен-Зейма, как сказано..."]
В отношении высказывания: "Вот я, как семидесятилетний..." - в форме сравнительного оборота, - сказано в Талмуде, что, на деле, рабби Элиэзер бен Азарья [в ту пору] был многократно моложе, но "были даны ему восемнадцать рядов седых волос в бороде". По этой причине он казался стариком. Отсюда: "КАК семидесятилетний..." - в виде сравнительного оборота.
Тогда становятся непонятными слова, написанные в продолжение [этого отрывка Агоды]: "...и не удостоился я..." По простому смыслу, получается, что удивление [рабби Элиэзер бен Азарья], в отношении того, что "не удостоился он", связано не с тем, что он был большИм мудрецом, а с фактом, что он выглядел как семидесятилетний: посвятил много времени изучению данного вопроса, и потому должен был победить в законодательном споре, заслужить того, чтобы закон был принят, согласно его мнению. Однако поскольку он лишь ВЫГЛЯДЕЛ как старик, [...] подобная претензия теряет всякую основу. Почему, действительно, закон должен был быть принят в соответствии с его мнением?
Известно, впрочем, что примеры, [приводимые Торой,] не являются произвольными, но через "сейдер ишталшелус" [цепочку сокращений б-жественного света] "спускаются" из [самогО] того, чему служат примером [...]. Если так, то сам факт, что [рабби Элиэзер бен Азарья] "выглядел как старик", проистекает из того, что, с точки зрения духовной, он действительно был "семидесятилетним". И [действительно], в сидуре Ари ЗаЛя сказано, что по сумме лет, которые его душа пребывала в различных воплощениях, [рабби Элиэзеру,] действительно, было семьдесят лет. Потому-то он и заканчивает фразу претензией: "...и не удостоился я". Так как, с духовной точки зрения, рабби Элиэзер бен Азарья был стариком, он должен был удостоиться, чтобы законодательное решение было вынесено в соответствии с его мнением.
Из того, что "старость на духовном уровне" была связана с Торой: "законодательное решение по его мнению", - а Тора властвует над материальностью, это ["духовная старость"] выразилось в том, что он выглядел как семидесятилетний даже на [самом] внешнем уровне ([это нашло отражение в седине его] волос, [которые называются] "дополнением к плоти"). [И это -] в соответствии с высказыванием Иерусалимского Талмуда, в отношении стиха: "...Б-га, выполняющего то, что Он пообещал мне", - существование мира изменяется в соответствии с законодательным решением Торы.
Наставление из вышесказанного для каждого [из евреев]:
Души, [воплотившиеся в] нашем поколении, в большинстве своем не являются душами "новыми". Они - те, что хотя бы единожды приходили и одевались в этом мире в материальное тело.
Когда на долю человека выпадает Служение, которое, с точки зрения его сил и способностей в данном воплощении, кажется невыполнимым, - ему необходимо осознавать, что внутри него должно раскрыться добро, которым он обладает еще со времени предыдущих воплощений, и это поможет ему в Служении. [И сказанное справедливо] не только в отношении разума и чувств - внутренних сил души, но и в отношении мысли, речи и действия - вещей [в Служении] внешних ("волос") - в повседневной жизни.
На первый взгляд есть место для вопроса:
Если то, что приобретено человеком в течение предшествующего воплощения, может проявляться [в воплощении этом], то, на первый взгляд, [из воплощения в воплощение] может "переходить" также и зло. И кто знает, каково было его положение в предшествующем воплощении, и откуда он возьмет силы побороть зло и выполнить свою работу?
Ответ на это следующий:
Существование добра - существование вечное. Когда еврей осуществляет заповедь, он дает существование миру, как сказано в Танье: "И единство это [между евреем Все-вышним, возникшее в результате выполнения заповеди,] - вечно". Но зло не представляет из себя существования вовсе, а является лишь сокрытием [Б-жественности]. А если человек принял за это [совершённое зло], очищающее его наказание на материальном или духовном уровне, или же раскаялся [в содеянном], - зло исчезает полностью, тем более если человек совершил "раскаяние из любви", когда даже умышленные его проступки становятся заслугами.
Это служит ответом также и тем, кто задает вопрос: каким образом возможно, что предыдущие поколения не удостоились раскрытия Мошиаха, а сейчас "[наше] поколение будет достойным этого"? [...] - У нашего поколения есть также благо, принадлежавшее поколениям предшествующим, как говорилось выше, и поэтому именно мы - теперь - удостоимся прихода Мошиаха вскоре в наши дни!
(Публикуется в свободном переводе с иврита. Из беседы ребе, произнесенной во время праздника Песах "И собрал", 5716 (1955) года).